прогулка по «Театральному бульвару»
Культура
В столице продолжается ставший ежегодной традицией «Театральный бульвар». Этот международный открытый фестиваль прямо–таки на все лето, с 1 июня по 30 августа, превращает улицы, бульвары, парки и набережные в театральные подмостки. Корреспонденту «ТР» довелось заглянуть на одну из таких площадок под открытым небом.
В час не по-летнему холодного заката...
Главная идея проекта поистине гениальна: сделать театр доступным для самой широкой аудитории, вынеся постановки за пределы театральных стен. Поэтому третье лето подряд априори каждая постановка под открытым небом собирает аншлаг. Так было и в нашем случае, когда на Чистых прудах Государственный театр песни Армении давал музыкальный спектакль «Комитас».
Скамейки были заполнены зрителями еще, наверное, за час до первого звонка. Забегая вперед, уточню: для неофита в пространстве древнейшей армянской культуры язык музыки истинное спасение – когда ни слова не понимаешь по–ихнему, а еще холодно как на семи ветрах.
...И немного о погоде. Мой театральный вечер выдался жутко прохладным. Казалось, что осень наступила, высохли цветы. А я как нарочно вышла совсем по–летнему, поэтому очень хотелось, чтобы всё поскорее свершилось. Когда же, думаю, спектакль уже будет.
Но по программе предстояла лекция, и ровно в девятнадцать она началась (спасибо, что на интернациональном русском). Минут через двадцать–тридцать, когда я мечтала о пуховике с капюшоном, лектор спросил не надоел ли нам еще, – и те, кто сидел, укутавшись в теплые одежды, радостно так закричали: «Нет! нет! Не надоел!» Лектор, кажется, тоже сильно обрадовался и продолжил рассказ.
Больше
чем Хачатурян!
Справедливости ради надо признаться, что рассказ того стоил. Зрители узнали много интересного. Например, кто такой Согомон Геворгович Согомонян, чьи композиции вошли в ереванскую постановку в современной обработке.
Согомон Согомонян (1869–1935), более известный как Комитас, считается основоположником армянской научной музыкальной фольклористики. Чтобы понять мощь этого гения, можно, например, спросить любого образованного гражданина в России, с чьим именем ассоциируется музыкальная культура Армении. Вам каждый скажет: Арам Хачатурян, и будет прав, потому что это один из ярчайших композиторов двадцатого века. А если вы спросите об этом в Армении, вам скажут: «Комитас!»
Более того, имя «Комитас» в Армении звучит так же, как в России имя «Пушкин». И если Александр Сергеевич считается реформатором русского языка, то Комитас сыграл выдающуюся роль в формировании новой армянской музыки.
Или, например, история, которую когда–то поведал Арам Хачатурян. Будучи на музыкальном конкурсе в Швейцарии, он посетил самого Чарли Чаплина. И оказалось, что знаменитый комик слушает пластинку с голосом Комитаса. Он считал, что эти мелодии способны возвращать ему смысл жизни, особенно когда наступает состояние опустошенности.
И наконец, стоит упомянуть о тайне средневековых хаз – армянской нотописи, которую Комитас почти полностью расшифровал. Трагические события 1915 года помешали завершить великое дело. Комитаса арестовали, а рукописи его трудов были конфискованы и почти полностью утрачены.
Навеки
сын народный
И вот начался спектакль. Кстати, он не просто музыкальный, а полностью состоит из песен. Как пояснили в ходе лекции, это художественное размышление о жизни композитора. Создатели постановки (режиссер Грач Кешишян, сценическая адаптация – Артур Григорян) стремились передать внутренний мир Комитаса, красоту его мелодий, высоту помыслов, верность традициям. Музыкальное наследие Комитаса – это творческое переосмысление народных песен, духовных распевов, а также авторские сочинения, по сути ставшие синтезом национальных музыкальных традиций и европейской классики. Например, композитор впервые применил сложные полифонические приемы: в древней и средневековой армянской музыке господствовало монодическое пение.
Возвращаясь к спектаклю, повторю известную истину: исконно народным мотивам можно внимать без знания языка. Вот и здесь было так: чем дальше слушаешь, тем ярче и горше перед тобой история и судьба древнего народа. Но неожиданно протяжные грустные мотивы сменялись героическими, звучало что–то маршевое, чеканное, духоподъемное, порой лирическое. И кто–то, наверное, видел горные пейзажи, глубокие каньоны, бурные воды реки, слышал голос самой природы.
Потерявший рано и мать, и отца, Комитас не считал себя круглым сиротой – потому что был сыном своего народа. И остался им. Так звучат его песни. Это понимание, как и положено в настоящем искусстве, наверное, на ментальном всечеловеческом уровне передается слушателю и зрителю. Композиции, исполняемые тенорами и подхватываемые женскими голосами, сливались в единый художественный образ, и пятьдесят минут спектакля пролетели птицей Азаран (Азаран Блбул – чудесная птица в армянской мифологии. – «ТР»). Зрители, не расходясь, стоя аплодировали, и на бульваре даже потеплело.
Светлана Шовадаева
